Свобода людям, независимость нациям!

Теракт в Гяндже и «большая геополитика»

Так кто же пытался взорвать ситуацию в Азербайджане?

«Мы будем все отрицать» — эту фразу очень любят авторы сценария и режиссеры многочисленных шпионских триллеров и боевиков. Где главного героя, ну разумеется, суперагента, перед началом очередной «невыполнимой миссии» его начальство честно предупреждает: в случае провала правительство страны от него откажется. Но бывает, что нечто подобное звучит уже не в кино, а в реальной жизни. «Вежливые люди» в Крыму — пример классический: в Кремле, напомним, сначала заявляли, что никаких российских солдат там нет, а затем признали, что все-таки именно спецназ ГРУ в условиях паралича власти в Киеве позволил осуществить аннексию полуострова. А уж выражение «ихтамнет» в отношении российских солдат на Донбассе стало нарицательным.

Теперь же на ниве такого рода официальных версий отличился Иран. Пресс-секретарь МИД Ирана Бахрам Гасыми прокомментировал сообщения, что Юнис Сафаров, осуществивший теракт в Гяндже, проходил подготовку в Иране.

Тегеранский дипломат заверил: «Исламская Республика Иран всегда осуждала насилие. Мы осуждаем эти действия и надеемся, что состояние здоровья пострадавших улучшится». Затем решил развить мысль: «Надеемся, что мы больше не увидим таких событий в мире, в особенности, в соседних странах. Мы заинтересованы в том, чтобы соседние страны развивались в условиях мира и спокойствия. Думаем, что стабильность соседей означает стабильность во всем регионе. Осуждаем эти действия и заявляем, что в течение последних недель некоторые центры развернули просчитанную, конкретную психологическую войну против Ирана. Проводя подготовительную работу, распространяя ложные сведения, они выдвигают различные обвинения против Ирана. Мы просим друзей обратить внимание к психологической войне, открытой врагами Ирана, и быть бдительными». В общем, все, кто говорит плохо об Иране — агенты «большого сатаны», то есть США, «сионистского режима» и вообще исчадия ада.

Одно плохо: доказательств «иранского следа» слишком много. И самое главное, жесткость режима в Иране не дает шансов представить все это как чью-то «самодеятельность». Иран — это не Сомали и не Россия времен Ельцина.

А тем временем официальные «релизы» и «утечки» в СМИ приносят все больше доказательств, что покушение на главу исполнительной власти Гянджи и последовавшие за этим беспорядки и убийство двоих офицеров полиции было лишь частью плана. В минувшие выходные прошла спецоперация в Сумгаите, где задержано 18 человек, подозреваемых в принадлежности к радикальной исламистской «сети». Выявляются все новые подробности «иранского следа». Напомним: как стало известно Minval.az из правоохранительных органов, Юнис Сафаров, который и стрелял в главу исполнительной власти Гянджи, ранее был командирован в Сирию неким Тохидом Ибрагимбейли, который в настоящее время проживает в Иране. Цель — военная подготовка и участие в боевых действиях.

Тут нужно уточнение. Как утверждают знающие люди, научить человека навыкам «рукопашного боя», обращению с оружием и т.д. —  не самая сложная задача. Куда труднее заставить в первый раз убить. Вот тут и необходима не просто военная подготовка, а «обкатка» на реальной войне. В ходе суда над небезызвестным Мурадом Топаляном в США всплыли подробности отправки молодых американских армян на Ближний Восток — чтобы те научились не просто стрелять, а именно убивать. В начале девяностых действовавшая в России ультраправая группировка «Русское национальное единство» (РНЕ) отправляла своих бойцов на Балканы, где те «проходили обкатку», воюя на стороне сербов. Теперь появились факты использования той же тактики в Иране.

И это еще не все.  Тохид Ибрагимбейли регулярно озвучивает радикальные призывы против Азербайджана. Еще в январе 2017 года он  на сайте «nur-az.com» призывал к убийству главы Гянджы Эльмара Велиева.

Теперь же выясняются и закулисные подробности его деятельности. Сколачивать отряд из граждан Азербайджана, которых затем предполагалось перебросить в Сирию, Тохид Ибрагимбейли начал еще в 2013-2016 годах. В числе тех, кто прошел тайные сборы, организованные Ибрагимбейли в Гуме, а затем участвовал в боевых действиях в Сирии вместе с Юнисом Сафаровым, были близкие родственники Тохида Ибрагимбейли — Габиб Ибрагимли, Парвиз Мусаев, Эльмир Зиядов, а также некий Талех Геюшов. Последний отметился и во время беспорядков в Гяндже 10 июля.

А как удалось выяснить агентству АПА, Т.Ибрагимбейли в конце 2015-начале 2016 гг. начал сколачивать из обучающихся в Гуме и Мешхеде 14 азербайджанских студентов вооруженный отряд «Хусейниййун» для отправки в Сирию. Сначала их собрали в принадлежащий некоему Искандеру Гусейнову переводческий центр «Нур» в Гуме. Затем «студентов» отвезли в воинскую часть в окрестностях Дамаска. Здесь Тохид Ибрагимбейли объявил: они, дескать, готовятся не только для войны в Сирии, но и для вооруженного конфликта в Азербайджане. После 25 дней военной подготовки, отряд был поделен на группы из 4-5 человек, сам Т.Ибрагимбейли  в составе одной из групп отправился в сирийский населенный пункт Тедемор. Через 20 дней группа Т.Ибрагимбейли оказалась в иранском Мешхеде, затем вновь отправилась в Сирию. Один из членов, студент Эльмир Захидов, от участия в этой авантюре отказался и вернулся в Мешхед, где столкнулся с давлением со стороны руководства Хойского медресе, где учился, также подвергся оскорблениям со стороны Т.Ибрагимбейли. В итоге, Э.Захидов, прервав обучение, в июне 2018 года вернулся в Азербайджан.

Наконец, проявился в событиях в Гяндже и «армянский след». Напомним: как указывается в совместном заявлении Генпрокуратуры, МВД и СГБ Азербайджана, установлено, что за день до событий Рашад Беюккишиев отправил всех членов семьи и близких в Грузию. Кроме того, подозреваемый в совершении преступления Бакрам Алиев 9 июля приехал из России в Гянджу. Эти факты, по мнению правоохранительных органов, подтверждают, что преступление было заранее спланированной акцией, которая непосредственно управлялась из-за рубежа. Но самое главное, «имеющиеся на руках факты дают основание говорить, что некоторые участники преступления были тесно связаны с религиозно-экстремистской организацией, сотрудничающей со спецорганами Армении».

Честно говоря, новые утечки полностью укладываются в региональные реалии и политические процессы. Напомним: Иран открыто оказывает поддержку действующим на Ближнем Востоке таким террористическим группировкам, как «Хезболлах» и «Исламский джихад», оказывает поддержку мятежникам-хуситам в Йемене, провоцировал волнения в Бахрейне. В послужном списке иранских спецслужб — неоднократные попытки организации терактов и в Азербайджане.

Плюс ко всему «Хезболлах» сотрудничает с армянскими террористическими группировками, включая АСАЛА, еще с восьмидесятых годов. А в конце «нулевых» были заключены и договоренности о сотрудничестве спецслужб Ирана и Армении.

И самое примечательное, что как раз в те же дни в СМИ Армении замелькали весьма примечательные новости и комментарии. Востоковед Вардан Восканян провел пресс-конференцию, где просто взял и выболтал: «Иранцы работали и продолжают работать как с Арменией, так и с Азербайджаном, другой вопрос, что, если Армения считается надежным партнером, дружественной страной, то Азербайджан таковым не считается.

Политический и дипломатический стиль работы иранцев в определенной степени отличается от известного нам стиля работы государств. Иранцы могут заявить одно, сделать же совершенно другое». Затем порассуждал о надеждах Армении на  Иран на нахчыванском направлении: «Представьте на минуту, что Иран может прервать сухопутную связь Нахиджевана с Азербайджаном, может прекратить поставку газа в Нахиджеван, и эта автономная республика окажется в чрезвычайно тяжелом положении». Не остановившись на этом, добавил: «К примеру, иранцы считают, что территория Нахиджевана должна быть открыта для иранского транзита. Считаю, открытие также выгодно и для Армении, поскольку в данном случае Армения станет транзитной страной без создания дополнительных инфраструктур, другой вопрос – насколько это реалистично». А затем уже в интервью ереванскому «Спутнику» строил планы: дескать, «в разных частях Азербайджана есть достаточное количество людей, которые могут организовать и провести акции протеста. Это, в свою очередь, может привести к возникновению кризисных ситуаций».

Понятно, что в Армении на провоцирование этих самых «кризисных ситуаций» возлагались огромные надежды. Особенно после того, как Азербайджан сначала отодвинул линию фронта на нахчыванском направлении, потом провел в Баку грандиозный военный парад, а затем дал старт  масштабным военным учениям. И да, такая деталь: в те же дни в Газахском районе попыталась прорваться в Азербайджан очередная группа армянских диверсантов. Не получилось. Один лазутчик попал в плен. Власти Армении оперативно объявили его «душевнобольным». Правда, при этом не удосужились задать вопрос: каким образом душевнобольной субъект смог миновать армянские боевые порядки и его  никто не остановил? Как прошел минные поля? Наконец, по какой причине душевнобольные жители Армении регулярно пытаются перейти линию фронта? И самое главное, случайно ли «помутнение» у очередного диверсанта совпало с попытками Ирана «раскачать ситуацию»?

У Ирана, без сомнения, свой расчет. Светский и независимый Азербайджан — это крайне опасный для иранской «муллократии» прецедент. Прежде всего речь идет о Южном Азербайджане, но и жителям Тегерана, Исфахана, Шираза тоже есть о чем задуматься, сравнивая реалии жизни по обе стороны реки Араз. При этом режимы, подобные тому, что существует сегодня в Иране, извне выглядят монолитными и неприступными, но на самом деле они могут «посыпаться» в любой момент. А в особенности сейчас, когда в Иране  социальная напряженность уже выплеснулась на улицы.

Только вот есть тут еще одна сторона вопроса.

В ноябре 2015 года вспыхнул исламистский мятеж в поселке Нардаран. Там уже случались массовые выступления. Но на сей раз все происходило как раз на пике кризиса во взаимоотношениях Москвы и Анкары. Началось все с того, что на фоне безоблачных вроде бы отношений Владимир Путин 24 апреля 2015 года направился в Ереван, на мероприятия в честь столетия «геноцида армян», что вызвало в Турции понятное возмущение. Затем последовал ввод российских войск в Сирию, причем российские ВКС бомбили не боевые порядки ИГИЛ, а позиции умеренной оппозиции, которой оказывала поддержку Турция, и туркманские деревни. Одновременно СМИ РФ расписывали мнимые «связи семьи Эрдогана с ИГИЛ» и обвиняли Турцию в том, будто бы по ее территории транспортируется «нефть ИГИЛ». Причем в фокусе внимания был Джейханский терминал. Наконец, в ноябре, когда турецкие ВВС сбили залетевший в воздушное пространство страны российский бомбардировщик, российско-турецкий кризис достиг своего пика. А как раз накануне мятежа в Нардаране Владимир Путин встречался с иранским руководством. Что это было — случайное совпадение? Или желание Москвы ударить по турецким интересам вне сирийского «театра военных действий», донельзя «раскачав ситуацию» в Азербайджане?

На сей раз попытки раскачать ситуацию в нашей стране предпринимаются как раз в те дни, когда в Брюсселе Азербайджан и ЕС парафировали важный документ о партнерстве и сотрудничестве. А Дональд Трамп сделал серию беспрецедентно резких заявлений в адрес российского проекта газопровода «Северный поток-2». После чего Госдепартамент США вновь выступил в поддержку азербайджанского проекта «Южный газовый коридор», назвав азербайджанский газ альтернативой российскому. И, конечно, вряд ли стоит упускать из внимания, что возможностей оказывать на Азербайджан силовое давление руками Армении сейчас куда меньше, чем прежде, а очередной сценарий «ихтамнет» может и не пройти. Значит, остается раскачивать ситуацию в нелюбимом Азербайджане изнутри и вновь от имени и руками своих сателлитов. В число которых входят и Россия, и Иран.

И такой любопытный штрих: минобороновский телеканал «Звезда» подготовил на днях юбилейный репортаж из Липецкого авиацентра, Где продемонстрировал портрет Олега Пешкова, того самого летчика, чей самолет был сбит в воздушном пространстве Турции. А такие акценты в репортажах случайными не бывают.

Наконец, можно вспомнить события не такого уж давнего прошлого. В середине «нулевых» наводить мосты с Западом начинает Узбекистан. Страна приостанавливает свое участие в ОДКБ, активно сотрудничает с ГУАМ — «клубом несогласных» в СНГ, привлекает инвестиции и дает понять, что Ташкент более не устраивает «политика одного окна» в лице России. А потом, в мае 2005 года, вспыхивает исламистский мятеж в Андижане. Это, как и Гянджа, не столица, но крупный город и областной центр. Мятеж подавлен, но западные страны тут же обвинили власти Узбекистана в непропорциональном применении силы. С прозападным поворотом в политике Ташкента было покончено, страна вернулась к прежнему промосковскому курсу. А затем на встрече с ныне покойным Исламом Каримовым Владимир Путин признал: в спецслужбах РФ знали о готовящемся мятеже.

Это, конечно, не доказательство для суда, что Россия пыталась повторить в Азербайджане «андижанский сценарий», дестабилизировать ситуацию в стране и надолго затормозить реализацию столь неудобного для нее проекта «Южного газового коридора». Но вот и считать это все случайными совпадениями тоже не получается. Потому что этих самых «случайных совпадений» слишком много, и ложатся они в русло российской политики, и явной, и тайной, на удивление точно.

Нурани, политический обозреватель

Minval.az

Нет комментариев

Лента новостей

20 Июль 2018

19 Июль 2018

Предыдущие новости